В «органичных» социальных системах «наличие связей не только координации (взаимодействие элементов), но и субординации, обусловленных происхождением одних элементов из других, возникновением новых связей и т. п.» и «наличие особых управляющих механизмов, через которые структура целого воздействует на характер функционирования и развития частей». В переводе на категории гражданского права это означает наличие единого, централизованного «механизма управления» гражданско—правовыми процессами в данной социальной системе. А, так как, по утверждению В. М. Сырых, «категория „правовое регулирование“ предстает как единство трех взаимосвязанных компонентов: правотворчества, реализации норм права и применения юридической ответственности и тем самым охватывает все процессы, явления, характеризующие действие права в обществе»53, то, с точки зрения гражданского права, такой «механизм» оптимально включает в себя единообразную централизованную реализацию функций:
нормотворческих,
судебных;
надзорных.
«В органичном целом в отличие от неорганичной системы свойства частей определяются закономерностями, структурой целого». Т.е. в «механизме правового регулирования» «органичной» системы имеет место строгая нормативная централизация.
При этом, «в неорганичных системах элемент зачастую активнее целого» и обладает достаточным для самореализации субъективных целей числом степеней свободы выбора путей, способов защиты своих гражданских прав, не обремененных единым законодательством и централизованным «механизмом правового регулирования» имущественных отношений.
В результате, допустимо определить в качестве основных признаков возникновения и существования «органичных» или «неорганичных» социальных систем:
ключевая нацеленность системы на оптимальное существование в условиях чрезвычайной, нестабильной ситуации («военной», кризисной, спекулятивно-биржевой и иной) либо же стабильной, долгосрочно-плановой («гражданско—правовой», производственно-промышленной, строительной, логистической, «рентной», кредитно-«облигационной» и т.д.);
зависимость деятельности субъектов гражданского права от:
ограничений, закрепленных в едином законодательстве («органичная» социальная система);
установленных законом пределов полномочий должностных лиц («неорганичная» социальная система);
оптимальная организация юридического (правового или внеправового, субъективно-традиционного) регулирования основной деятельности субъектов на базе:
максимальной субъективной самостоятельности («неорганичная» социальная система);
выполнения субъектами императивных требований централизованного закона основы «механизма правового регулирования» («органичная» социальная система).
Такие критерии позволяют, безусловно, отнести «военные» организации к числу «неорганичных» социальных систем нацеленных на решение чрезвычайных задач чрезвычайными средствами с использованием максимальной субъективной самостоятельности. Промышленные же, – транспортные, строительные, подрядные, исполнительные и иные организации, изначально базово нацеленные на плановое, систематическое получение денежных средств в условиях правовой и, естественно, экономической, социальной и/или политической стабильности, относятся к числу «органичных» (изоморфных) социальных систем. Сходное системное деление допустимо и в отношении социальных систем более высокого порядка – государственных режимов, что позволяет выделить режимы:
стабилизированные («органичные», «изоморфные» социальные системы);
дестабилизированные различными чрезвычайными факторами, значимыми для государства («неорганичные» или «гомоморфные» социальные системы).
Поэтому, для определения возможности и порядка реализации «механизма правового регулирования» гражданско—правовой защиты имущественных прав «военных» организаций, выявления оптимально применявшихся для защиты их имущества способов практической защиты и восстановления гражданских прав в условиях той или иной внешней социальной системы (государственного режима) потребуется:
Установить определяющие, с позиции гражданского права, значимые свойства и признаки государственных режимов, выступающих в роли «неорганичных» или «органичных» самоорганизующихся социальных систем. Используя институционный подход54, необходимо разделить режимы по характерным для них принципам реализации гражданско—правовых отношений (при отвлечении от философских, политологических, социологических и исторических подходов) и формально обозначить абстрактно—выделенные системы55.
Систематизировать нормативно или иным образом закрепленные государством действия (скомпилированные историческими источниками), практически применявшиеся в исследуемых государствах для защиты и восстановления имущественных прав «военных» организаций.
Изучить исторический опыт решения обозначенной проблемы на основе выявления использовавшихся при том или ином государственном режиме технологий защиты имущественных прав «военных» организаций. Определить устойчивые связи между выделенными действиями и внутригосударственными принципами функционирования исследуемых государственных режимов.
Детально рассмотрим перечисленные пункты.
Основу системного структурно—функционального подхода при исследовании принципов юридической организации функционирования государственных режимов составляет разделение присущих им закономерностей реализации имущественных, гражданских прав «военных» организаций.
Для юридической науки, исследующей систему права в том или ином государстве, наиболее существенным признаком, определяющим порядок реализации государственного режима, может служить «механизм» правоприменения, принципиальную основу которого составляет порядок защиты гражданских прав субъектов. Данный тезис был успешно подтвержден работами В. П. Грибанова, отмеченными в 1970 году Ломоносовской премией МГУ. По мнению В. Д. Сорокина, «если рассматривать социальную среду с точки зрения особенностей воздействия на нее со стороны „социальных управляющих систем“, то складывающиеся в ней связи и процессы явно тяготеют к двум тесно связанным между собой, но вместе с тем отличающимся друг от друга сферам. Первый вид, включающий связи и процессы, регулируемые преимущественно и главным образом при помощи различных неправовых средств, следует рассматривать, условно говоря, в качестве социально-нравственной среды… во-первых, … складывающиеся в ее пределах связи возникают преимущественно между индивидами, во-вторых, эти связи не поддаются прямому и непосредственному регулированию со стороны… права. Второй вид социальной среды отличается от первого тем, что требует регулирования при помощи… правовых норм»56
С этой позиции логично разделить государственные режимы по преобладанию в них:
единого для всех субъектов объективного гражданского ПРАВА57;
субъективных решений и ПРИВИЛЕГИЙ.
Подобный подход позволяет выделить два основных типа государственных режимов: «административный» и «гражданско—правовой». «Административный» режим базово опирается на субъективные решения должностных и иных социально-значимых лиц – «администраторов» и фактически лишен единой системы законодательства и непосредственно действующего централизованного «механизма правового регулирования». «Гражданско—правовой» государственный режим в полной мере регулируется единым, структурно согласованным законодательством и опирается на стабильный, структурированный «механизм правового регулирования».
Данное терминологическое обозначение имеет свои корни. Так, профессор Тулузского университета М. Ориу в своем труде в 1926 г., использовал сходное деление государственных режимов и предлагал ввести в обращение понятия «административного»58 (децентрализующего судебную и законодательную власть) и противоположного ему «конституционного» режима59 (централизующего право, закон и ставящего его выше административного субъективизма). Но О. Э. Лейст отмечал, что «идеи политического плюрализма в теории Ориу еще не отличались четкостью формулировок»60.
Также, в свое время, С. С. Алексеев, заметил, что «идеальная структура права – две основные подсистемы: регулятивная, разветвляющаяся на две полярные ветви (административное и гражданское право), и «охранительная»61. В то же время С. С. Алексеев, исследуя методы правового регулирования, утверждал, что «наиболее ярко особенности метода правового регулирования выражаются в таких отраслях права, как административное и гражданское»62. Несмотря на спорность данного утверждения63 в отношении методов правового регулирования, нельзя не признать удачность (емкость и характерность) предложенных им терминов («административный» и «гражданский» или, точнее, терминологически и образнее – «гражданско—правовой») для обозначения диаметрально противоположных научно идеализированных государственных режимов в рамках создаваемой нами классификации.
